Смотрю

МОЯ ПРОЗА. История еды. Паштет



паштет1
Паштет из куриной печени


Паштет, как и многие другие известные на весь мир блюда, имеет достаточно запутанную историю и сразу несколько вариантов своего места происхождения. За звание истинной родины паштета многие века непрерывно ведут борьбу Франция и Германия, однако, есть версия того, что он возник еще в Древнем Риме. На самом деле, первое упоминание о чем-то, похожем на паштет, принято датировать 2500 г. до н.э. Именно к этой эпохе историки отнесли найденные в дельте Нила барельефы с изображением насильственного откорма гусей – как для фуа-гра.

Прямых свидетельств о том, что древние египтяне именно в тот период как-то использовали гусиную печень, не сохранилось; известно лишь, что они высоко ценили гусиное мясо. Однако историки утверждают, что древним семитам, жертвам египетского рабства, в 15 в. до н.э. был хорошо известен способ приготовления того, что сейчас принято называть фуа-гра. Этот рецепт был позаимствован у греков – от них же узнали об этом изысканном блюде и римляне.

На заре Средневековья появляются упоминания о паштетах из других продуктов. Например, о гигантском заячьем паштете, которым жители Шартра накормили воинов Аттилы, дабы задобрить свирепых гуннов. Такой дипломатический ход оказался весьма удачным – завоеватели объелись настолько, что сочли за излишний труд завоевывать хлебосольный город.

По одной из версий, слово «паштет» — немецкого происхождения. Pastete в переводе означает «пирожок», «начинка». Название достаточно точно отражает способ приготовления и суть этого блюда: паштет представляет собой фарш из различных ингредиентов. Это может быть мясо, птица, грибы, яйца, ливер,причем зачастую ингредиенты смешиваются в тех или иных рецептурах.

Паштет появился на свет не только благодаря фантазии поваров, но, в первую очередь, из-за приземленного стремления мясников пустить в ход практически всю тушу животного, минимизировав отходы.

Конечно же, в те давние времена наряду с дешёвыми блюдами для простонародья существовали и кулинарные шедевры для столов патрициев. Для них паштеты делались в основном из свинины, но с использованием редкостных и экзотических ингредиентов, таких например, как птичьи языки.

Надо сказать, что претензии Франции на звание родины паштета наряду с Германией небезосновательны. Дело в том, что по другой версии, слово «паштет» произошло от французского pate, что в переводе означает «тесто». Перевод можно понимать двояко: во-первых, как известно, паштет представляет собой тестообразную массу,а во-вторых, паштет во французской кухне часто представляет собой начинку для круглых пирогов.

Интересна история возникновения самого паштета фуа-гра. Его рецепт был создан в 1778 году. Тогдашний правитель города Страсбурга и маршал Франции маркиз де Контад поставил перед своим поваром Жаном Пьером Клоза задачу: создать изысканное кушанье, которое станет изюминкой французской кулинарии и порадует гостей незабываемым вкусом. Повар нашел решение, приготовив выпечку с печенью, запеченной с салом в печи. Новое блюдо - pate de fois gras (паштет из гусиной печени) - произвело фурор на светском ужине, о нем тут же доложили монарху Людовику XVI, который, попробовав, сразу же полюбил это кушанье.

Кулинарный гений повара был вознагражден 20 пистолями и, самое главное, — патентом на производство. Повар разбогател,а Страсбург стал паштетной столицей Франции.

Бытует мнение, что только два продукта имеют право на эпитет “королевский” — черная икра и страсбургский паштет. Судя по цене, это действительно так.

Помимо гусиной печени, со временем для приготовления фарша стали использовать самые разные продукты. Появились вегетарианские паштеты, паштеты из морепродуктов. После Великой французской революции это изысканное блюдо перестало быть деликатесом для высших слоев общества, став достоянием всем нации.

Пожалуй, самые знаменитые строки о паштете принадлежат А.С. Пушкину:

Пред ним roast-beef окровавленный,
И трюфли, роскошь юных лет,
Французской кухни лучший цвет,
И Страсбурга пирог нетленный
Меж сыром лимбургским живым
И ананасом золотым.

Во фрагменте поэмы великого русского классика упоминается знаменитый страсбургский пирог из Франции,высоко ценимый в высшем обществе царской России.

Страсбургский пирог представляет собой паштет, запеченный в тесте, который заливают расплавленным маслом или смальцем. Такой способ приготовления, помимо всего прочего, позволял транспортировать паштет на длительные расстояния, именно поэтому в “Евгении Онегине” Пушкин описывает его словом “нетленный”.

Считается, что именно в виде Страсбургского пирога паштет впервые попал в Россию, и он настолько сильно понравился русскому народу, что на пике его популярности стали даже открываться специальные паштетные, где продавали эти пироги.

Только позже паштет начали готовить как самостоятельную закуску без теста и смальца. Роль теста стала выполнять специальная глиняная посуда - террин. Как вы можете догадаться, паштеты часто называют терринами именно поэтому.

Двадцатый век предъявлял свои требования ко всему, поэтому еда должна была соответствовать духу времени и отвечать требованиям портативности, долгого срока сохранности, легкости транспортировки, чтобы обеспечить потребности военного времени. Так появляется паштет в консервной банке, сильно отличающийся от того роскошного блюда из средних веков, да и отношение к продукту сильно изменилось.

Эпитет «нетленный» - не просто фигура речи. В Петербург пирог из Страсбурга доставлялся в специальных ящиках, наполненных льдом, а между начинкой и тестом добавляли прослойку из смальца. Так деликатес сохранял свои вкусовые качества и свежий аромат, несмотря на долгую дорогу.

И по сей день традиция выпекания страсбургского пирога жива, о чем свидетельствует его продажа в многочисленных кулинариях Франции.

Мы привыкли воспринимать паштет как легкую закуску,которую можно, не утруждая себя долгой возней на кухне, подать к праздничному столу, а то и вообще на бегу намазать на хлеб.
Тем удивительнее читать, как описывает А. Дюма обед Гримо и виконта де Бражелона в романе «Двадцать лет спустя»: «Они съели целый паштет без остатка и выпили до дна бутылку старого маконского вина».
Современному человеку с трудом удается представить, как два здоровых мужчины могут пообедать паштетом (опять же, в современном понимании этого слова). А между тем, во времена мушкетеров, да и много раньше паштет был самостоятельным блюдом, притом очень сытным, вполне способным утолить голод двух взрослых мужчин. Его подавали, отрезав большой ломоть, залитый соусом кумберлан (камберленд), который готовился из яблочного пюре с добавлением смородины, пряностей и вина.

Тщеславие королей,желавших удивить гостей необычными блюдами, сподвигало поваров создавать истинные кулинарные шедевры.
Вот, например, Шартрский паштет. Считается, что изобрели его 24 февраля 1594 года для празднования после коронации в Шартрском соборе Генриха IV Наваррского.
Начинка этого роскошного лакомства состоит из свинины, телятины, фуа-гра, печени и потрохов куропаток, фисташек и специй. Все это маринуется в коньяке, а потом выпекается в оболочке из теста в форме митры.

Недаром герой “Преступления Сильвестра Бонара” Анатоля Франса говорил: «Я ел шартрский паштет, – а одного его достаточно, чтобы любить отечество…» Можно сказать, что сегодня и Шартр - неофициальная столица паштетов: там ежегодно проводится Национальный конкурс паштетов французских провинций.

Особая разновидность паштетов — рийет (lа rillette), появился в Турени. Название происходит от местного словечка rille, «свинина». Французские крестьяне были экономны и клали в рийеты даже требуху и уши свиней. Сейчас рийеты делают не только из свинины, но и из уток и гусей, кролика и рыбы.

Фуа-гра производится во многих регионах Франции.
В Тулузе делают воздушную фуа-гра цвета слоновой кости; в Старсбурге – розовую и твёрдую. Фуа-гра из Бордо подходит к горячим блюдам; из Перигора – к холодным.

Пара слов о том, как паштет следует сервировать.
Если вы не знали, то есть паштет, просто намазав его на хлеб, с точки зрения французского этикета, непозволительно.
- Террины должны подаваться на охлажденных тарелках. Есть их надо только вилкой, без ножа.
- Паштеты-пироги режут непосредственно перед подачей на стол специальным ножом без зубцов. Нож этот каждый раз перед тем, как отрезать ломтик, опускают в горячую воду,тогда он плавно режет паштет, сохраняя форму кусков.
- Если вы сервируете закуски на фуршетный стол, то паштет все же подается на хлебе. Но не мажется на него, а выкладываются ровными ломтиками. Вот так все непросто, зато вкусно!

Польза паштета - в высокой концентрации белков и витаминов. Наиболее питательными и полезными являются:
• Паштет из печени трески.Рыбья печень содержит рыбий жир, коллаген, витамины В, РР, Е, и ряд других микроэлементов, включая железо, способствующее повышению гемоглобина.
• Печеночный паштет насыщен протеином и аминокислотами.
• Отдельные виды паштетов полезны для лечения ЖКТ.
• Способствует восстановлению организма после операций и травм. Благодаря содержащемуся в составе паштете полисахариду гликогена способствует восстановлению клеток организма.

“…Маго хлопнула в ладоши и велела подать себе паштет из щуки, вареные яйца, творог с пряностями, ореховое варенье, персики и белое вино Шато-Шалон.
– Нынче пятница – постный день, – пояснила она.
Солнце, поднявшееся над крышами Парижа, заливало своим светом это счастливое семейство.
– Поешь немножечко. Паштет из щуки не повредит, – посоветовала Маго дочери…”
М. Дрюон, “Негоже лилиям прясть”.

Серия из семи романов Мориса Дрюона “Проклятые короли” посвящена истории Франции XIV столетия. Именно в это время на столе у французов прочно обосновался паштет, который до сих пор остается одной из визитных карточек кулинарной Франции.

Паштет и террины– это кулинарная классика и кулинарная элита. Любовь французов к этому деликатесу трепетна и безгранична, а количество рецептов стремится к бесконечности.
Во Франции с 2009 года существует «Братство ценителей паштета». Члены этой ассоциации считают, что паштет, запеченный в тесте, является краеугольным камнем гастрономии. Под их эгидой вот уже в пятый раз проходит Мировой чемпионат Championnat du Monde du Pâté-Croûte.

Технология приготовления паштета предполагает несколько стадий:

1. Приготовление основы блюда. Для этого необходимо продукт первично обработать, удалить из мяса, рыбного филе, мясных субпродуктов жилы, плеву, и подвергнуть тепловой обработке. Здесь можно пойти двумя путями: отварить продукт или потушить его на медленном огне. Далее необходимо измельчить полуфабрикат на мясорубке, чтобы получить гладкую однородную массу, если необходимо, пропустить через измельчитель дважды.

2. Подготовить специи и вспомогательные продукты. Здесь фантазия приготовления ничем не ограничивается.В качестве дополнительных продуктов можно использовать грибы, предварительно обжаренные и измельченные, смолотые до кашеобразного состояния вареные яйца, поджаренные до золотистого цвета лук с морковью и т.д. Специи также можно смело брать любого характера в зависимости от вкусовых предпочтений. Придают сочности паштету и значительно улучшают вкус сливочное масло и молоко. Их следует добавлять на этапе смешивания составляющих.

3. Затем следует соединить продукты и перемешать до однородного состояния. Иногда паштет готовят без предварительной варки и тушения мясной составляющей. В этом случае сырое мясо тщательно измельчают, смешивают с заранее обжаренными вспомогательными продуктами и тушат в духовом шкафу до готовности.

Среди всего гастрономического разнообразия есть категории блюд, которые имеют особое значение по причине универсальности, простоты приготовления, и отличных вкусовых качеств. Такие продукты чаще всего становятся палочками-выручалочками на трапезе любого уровня и масштаба, они способны разнообразить стол и подстраховать в случае пробелов в меню. Именно такую категорию блюд представляют закуски, которые хороши не только во время застолий, но и в качестве рядового перекуса, когда нет времени и сил на приготовление основного блюда.
Особой простотой могут похвастаться паштеты. Они служат прекрасным дополнением к основным блюдам.

Бутерброды с паштетом придутся по вкусу даже детям - например, на завтрак.
Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Египетские ночи




МОРЕ СПРАВА


Всю ночь Ноа спокойно спала в своей каюте: чуть заметная качка убаюкивала её, а морской болезнью Ноа не страдала.
Всю ночь снился ей один длинный красочный сон: полки наступали на другие полки, две армии сшибались на огромном поле, рассвет сменялся закатом, ледяные звёзды светили иглисто, летний ливень пополам с сияющим солнечным светом заполнял пространство, остро пахло йодом и солью.

Заказывая билет на океанский лайнер, Ноа попросила каюту, окно которой выходило бы на море и чтобы море было справа: она привыкла спать на правом боку и хотела каждое утро, проснувшись, сразу видеть бесконечное морское пространство.
Зрелище спокойной — или не очень — воды заряжало её на весь день свежестью и покоем и помогало оставаться спокойной в людском муравейнике на палубе и в ресторане, хотя вся эта толпа вызывала только желание всех поубивать.

Плаванье продолжалось уже пять дней, продержаться нужно было ещё неделю, но Ноа знала точно, что продержится, что каюта с видом на море справа поможет ей в этом.

Ночь, а с ней и сон, пришли к своему логическому завершению, Ноа открыла глаза, но не увидела в окне моря.
Вернее, она не увидела окна — море-то как раз никуда не делось: вот оно — плещется со всех сторон, а запах йода и соли стал ещё резче, ещё сильнее.

Ноа приподнялась на кровати и обнаружила, что кровать её каким-то непостижимым образом держится в наклонном положении под невероятным углом, стена, в которой ещё вчера было окно, исчезла, и весь лайнер накренился, а людей вокруг нет, и Ноа погружена в то вожделенное одиночество, которого ей так не хватало всю жизнь.

Внезапно из-за спинки кровати появилась чья-то мокрая голова и уставилась на Ноа.
Это был мужчина, и Ноа узнала его — в ресторане он сидел обычно через два стола от её, всегда со скучающим видом, всегда один и всегда отрешённый от окружающего.

- Вы уцелели! - хрипло произнёс он. - Как это вам удалось?
- Но что произошло? - задала Ноа встречный вопрос. - Где все, что с кораблём?
- Да я взорвал его к чёртовой матери! - ответил мужчина. - Так мне все надоели, видеть уже никого не мог — вот и взорвал.
- Вы ненормальный? - участливо спросила Ноа. - Как мы теперь до берега доберёмся?
- Да я сначала взорвал, — нервы не выдержали — а уж потом понял, что погорячился. Но я рад, что именно вы остались в целости и сохранности: вы единственная на этой паршивой лоханке производили впечатление нормального человека…
- Однако вы не производите такого впечатления, - прервала его Ноа, - как мы выберемся отсюда?
- Не бойся, крошка! - засмеялся он. - Твоя кровать послужит нам спасательной шлюпкой!
Он толкнул кровать, которая сначала поехала по палубе, а потом плюхнулась в воду, обдав Ноа целым водопадом брызг.
Ноа огляделась и успокоилась: море было везде — справа тоже.


**********

Я НИКОГО НЕ ЖДУ


Вся жизнь сплошное ожидание.
Ничто и никогда не делается и не возникает ровно в то мгновение, когда становится необходимым — хотя бы терцию, но ждать приходится.
И это ещё счастье, если ждёшь недолго, чаще всего ожидание растягивается и может длиться годы и годы, причём, без результата.
Что может быть безнадёжнее безнадёжного ожидания?!

Вся жизнь проходит в ожидании. На ожидание приходится гораздо больше времени, чем на дела и вещи, которых ожидаешь. Полгода ожидаешь лета, а оно проносится за два месяца, и вот вам пожалуйста — снова ждите!
Целую вечность ждёшь маму с работы, она приходит, но через пару часов уже нужно идти спать.
С нетерпением ждёшь, когда станешь взрослой и самостоятельной, но вдруг видишь в зеркале лицо какой-то весьма пожилой дамы, и оказывается, что это твоё лицо, что взрослость и самостоятельность пролетели птицей, и ты снова не самостоятельна: какая-то посторонняя женщина в белом халате требует, чтобы ты вела себя хорошо — просто дежа вю, но где же та жизнь, в которой ты была самостоятельной?

Но хуже всего ожидание людей.

Мнётся нарядная одежда, пересыхает мясо в духовке, врач никак не выходит из операционной, время свидания прошло час назад, а они всё не идут и не идут, нужно ждать, нужно надеяться, нужно радоваться их приходу, но где взять силы на это ожидание?
Негде. Ожидание сжирает их, громко и отвратительно чавкая.

Поэтому я никого не жду.

23 февраля 2021 года
Израиль

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Египетские ночи



КУКЛА — ЛУЧШИЙ ПОДАРОК


Сэм Кокс ненавидел Роджера Пикса.
Роджер Пикс был богатым сынком богатого воротилы, о котором все знали, что он связан с криминальным бизнесом, и, хоть и играл с Сэмом в детстве, смотрел на того свысока и часто бывал груб с сыном привратника в имении папы Пикса.
А ведь кожа у них была одного цвета!

Мальчики выросли, пути их разошлись, но ставший с возрастом сентиментальным, папа Пикс неизменно требовал от сына, чтобы тот делал Сэму подарки на дни рождения и приглашал на празднования своих.

Роджер скрежетал зубами, но не смел не подчиниться приказам отца, Сэм скрежетал зубами, но не пренебрегал возможностью насолить Роджеру своим присутствием на его вечеринках для богатеньких сынков и дочек.

Так продолжалось не один год, но когда-нибудь количество раздражения должно было перейти в отрицательное качество, и это случилось, когда Роджер праздновал своё совершеннолетие. Он пригласил Сэма, но про себя решил, что делает это в последний раз: став совершеннолетним, он сможет не подчиняться больше вздорным приказам отца.

Сэм пришёл на вечеринку со своей подружкой Лизой, но думал, что делает это в последний раз: его положение в "фирме" папы Пикса было таково, что он уже мог позволить себе подчиняться не всем приказам хозяина. Они с Лизой собирались пожениться и уже присматривали себе домик, чтобы жить совершенно самостоятельно и не зависеть от родни.

Лиза была очень светлой и миловидной девушкой, стройной и гибкой. И профессия у неё была хорошая: медсёстры всегда и везде нужны, поэтому Сэм и Лиза были уверены в своём будущем: не зря ведь он так уверенно продвигался к верхушке фирмы папы Пикса!

Увидев Лизу, Роджер сделал стойку и сказал Сэму, что с его стороны было очень мило привести такую куклу ему в подарок.
Сэм стал ещё темнее, но сдержался, решив, что месть должна быть холодной.

Поэтому, когда через полгода он со своей Лизой уже жил в своём домике, то совершенно не удивился скандалу в семействе Пиксов: папа поручил сыну продажу большой партии наркотиков и был взбешён, когда выяснилось, что тому вместо денег всучили «куклу».
Сэм не зря продвигался в бизнесе папы Пикса: он лучше всех в банде умел делать «кукол», вот и в этот раз ловкие руки его не подвели.

**********

НОВЫЕ ПРАВИЛА В ТЕМНОТЕ


Тьма постепенно опускалась и становилась всё более непроницаемой.
Нижний край её уже касался поверхности планеты и её обитателей, всё тусклее были восходы, всё мрачнее закаты, фонари всё хуже освещали улицы и площади.

Настроение жителей планеты тоже меркло и обесцвечивалось.
Всё реже звучал смех, всё реже лились слёзы, всё чаще люди выглядели бесстрастными манекенами — без эмоций и даже без мыслей.

Каким-то образом опускающаяся тьма изменила и поведение людей: то, что ещё так недавно считалось неприемлемым, неправильным, нечестным и даже преступным, постепенно теряло свою отрицательную коннотацию, становилось привычным, переставало вызывать возмущение.
Мало того, кое-что ранее невозможного стали рекомендовать к применению, а кое-что приобрело почти узаконенный характер, и кое-кто уже был наказан за отказ от следования этим новым правилам.

Наконец наступил день, когда самый мощный прожектор не смог пробить павшую на планету тьму.
Но к этому моменту большая часть её обитателей сумела отрастить интуитивное понимание, каким правилам следовать, а какие стоит отбросить, чтобы не попасть под мощный каток, которым уничтожали ретроградов, отказывающихся от нового курса.
Конечно, было странно, что карательная машина умудрялась работать в этакой темноте.
Правда, ещё более странным было, конечно, что новые правила в темноте не только непрерывно менялись, но и легко усваивались обитателями планеты, хотя они сидели по своим домам в темноте, которая была «не хуже в комнате, чем темнота снаружи».

5 января 2021 года

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

(no subject)



ВДОХНОВЕНИЕ ПРИХОДИТ ПО ВТОРНИКАМ


Человек, с одной стороны, крайне примитивное существо: ну, там — поесть, избавиться от продуктов этого действия, поспать, позаниматься продолжением рода (правда, лучше без фактических результатов), поболтать о пустяках…
С другой же стороны — создание невероятно сложное, плохо прогнозируемое, абсолютно непредсказуемое и не поддающееся осмыслению.

Судите сами: то человека не вытащишь из-под тёплого одеяла, то он прётся в какие-то невероятные дали: лезет на какую-то сумасшедшую гору по тропе, вдоль которой мёртвые предшественники лежат; в Антарктиду — потому что хочется пожать крыло настоящему пингвину и, может быть, протаранить настоящий айсберг (а чего он «Титаник» потопил.

Или же наоборот — в жару, в пустыню, в джунгли — хоть растительные, хоть каменные (Нью-Йорк, например).
Обуревают его разноречивые чувства: вот вроде бы любит человека, но одновременно хочет его прибить, чтобы уже не встал!
То помогает другу выпутаться из денежных затруднений, то завидует, что у того пятьсот «лайков» под постом, тогда как у него самого — всего два, да и те поставил он сам и какой-то незнакомец, случайно затесавшийся в блог.

Не менее противоречив человек в своих способностях и умениях.
Мужики талдычат, что женщинам нельзя доверять вождение автомобиля, а сами пасуют перед стиральной машиной и мультиваркой.
Женщины… Нет, женщины в этом смысле пасуют меньше. Если женщине нужно, она что угодно освоит.

Или вечное противостояние гуманитарных наклонностей и способности к математике — такая полемика «физики-лирики» в мозгах одного человека!
Люди, способные запомнить значение слов «трансцендентный», «парадигма» и «семантический», понятия не имеют, как провести простейшие арифметические действия, которым их пытались научить ещё в третьем классе школы!

Это так странно: быть одновременно амёбой и гением, трусом и бесшабашным смельчаком, физиком и литературоведом.
Не избежала этой странности и я: ну, я же человек, следовательно, априори, странна!
Во-первых, я знаю и понимаю, что такое интеграл и слабое взаимодействие. И даже понимаю слово «парадигма», хотя объяснить его значение не знающим не смогу.
Но я совершенно не могу понять, почему вдохновение приходит именно по вторникам, хотя день для его визита выбрала вовсе не я!

**********

ВСЕ ЛЕБЕДИ АНГЛИИ — СОБСТВЕННОСТЬ КОРОЛЕВЫ


Белый лебедь красиво плыл по пруду в загородной резиденции королевы.
Чёрный лебедь, не менее красиво, плыл в унисон белому.
Они прекрасно рифмовались, правда рифма была ассонансная, но общей картины она не портила, а наоборот, обогащала.

Иногда лебеди не обращали внимания друг на друга, но иной раз на них находил стих общения, и тогда они некоторое время плыли рядом и вели неспешный разговор на незначащие темы.

Сегодня случился именно такой день, потому что оба они были взволнованы, как оказалось, одним и тем же происшествием. Вернее даже не происшествием, а некой информацией, которая стала их общим достоянием и требовала незамедлительного обсуждения: дело в том, что днём на берегу пруда одни люди сколотили деревянный помост, другие расставили кресла, в которых расселась большая компания третьих.

А компания четвёртых стала всячески прыгать на помосте, махать руками и поднимать ноги — и всё это под громкие звуки, которые довольно часто раздавались над парком имения.

Лебеди за годы жизни в этом пруду научились понимать язык людей, поэтому им стало известно, что те, кто сидит в креслах, считает скачущих по помосту лебедями, причём, одна скакунья проходит у них как белый лебедь, а другая — как чёрный.

Это было непонятно и удивительно, но лебеди знали, все поступки людей удивительны и что понять их невозможно.
До сих пор они и не пытались ничего понимать — знали только часы кормления, а на остальное махнули крыльями.

Но сегодня возник жгучий вопрос, который всё же следовало понять: вот они сами — собственность королевы: ведь это её дом, её парк, её пруд.
Лебеди знали, что они не одни живут в месте, которое люди называют Англией — они иной раз виделись со своими родичами, с теми, кто проявлял непоседливый характер и время от времени летал на прогулки. Эти непоседливые лебеди тоже считали себя собственностью королевы: королева — символ Англии, значит, она принадлежит всей Англии, а вся Англия принадлежит ей.
Поэтому, видимо, и все лебеди Англии принадлежат королеве.

Но как быть с теми, кто сегодня прыгал по помосту возле пруда?
Если они изображали лебедей, значит и они — собственность королевы Англии?

29 декабря 2020 года

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Египетские ночи

СТРАТЕГИЯ ЛОВЛИ КАРПА

Имя Карпа давно гремело над городом, особенно в криминальных кругах он был популярен.
Правоохранители тоже очень им интересовались, но понятия не имели, кто прячется за этой кликухой, а они почему-то были уверены, что это именно кличка, псевдоним, что реального человека зовут как-то иначе — вопрос, как!

Никто не знал даже, есть ли у Карпа сообщники, или он действует один.
Но один или с командой, действовал он весьма эффективно, сбивая планы всех и вся.

Поймать его хотели все, но ни у кого ничего не получалось: даже через минуту прибытия на место его действия там никого не заставали и ничего не находили, кроме результатов самого действия.

В конце концов, правоохранители и криминальные главари решили объединить усилия — другого выхода просто не было!
Действовали быстро и решительно: как только поступил сигнал об очередной активности, предположительно, Карпа, вокруг места активности были перекрыты все подъездные пути, все проходные дворы, все проходные подъезды.
Все замерли в тревожном ожидании — и вот, свершилось: к одной из засад двигался тарахтящий автомобильчик, имевший весьма непрезентабельный вид.

Увидев, что путь закрыт, водитель сбросил скорость в явном замешательстве, и тут над улицей раздался громовый голос: - Горбатый! Я говорю — Горбатый!

В тут же открылся шлагбаум, перегородивший боковой проулок — голос нёсся оттуда.
Автомобильчик покорно повернул на голос.
Операция прошла удачно, стратегию применили верную.

- Ты понимаешь, - объяснял жене руководитель операции, - это ведь уже условный рефлекс! Столько лет фильм показывают, что все иначе и не воспринимают слово «горбатый». Карп — значит, горбатый. Он ведь нам своей кличкой и подсказал стратегию. Дурачок. Думал, мы ему до конца жизни позволим таранить иномарки!
Главное, протаранит, в ближайших кустах спрячется и ржёт, наверное, пока мы там всё обследуем. А бандюки нас растерзать готовы, хотя сами виноваты: кто им велит на таких танках ездить, из которых старый «Запор» и не виден!

**********

ПОДЪЕЗД НА НОЧЬ ЗАПИРАЕТСЯ

Дом был весьма респектабельным и красивым.
Отделка натуральным камнем, большие окна, в первом этаже витрины дорогих магазинов.
Дом был большой, занимал целый квартал, и жильцы его тоже были людьми большими и респектабельными.

Особенно хороши были подъезды: дубовые двери, бронзовые ручки, внутри мрамор и гранит.
В лифтах удобные скамеечки, зеркала, тоже бронза и сияющая чистота: консьержки и дворники очень дорожили работой в этом доме и ни за что не хотели её потерять.

Особенно один подъезд выглядел роскошно: на гранитных ступенях лестницы лежала красивая пушистая дорожка, пол вестибюля устилал ковёр, по периметру которого стояли фаянсовые контейнеры с экзотическими растениями.

В этом подъезде жила кинозвезда, а консьержкой работала одна девушка, которой не повезло, и она не смогла стать актрисой, хотя как две капли воды была похожа на звезду, что, видимо, и отвратило от неё режиссёров, продюссеров и агентов, занимающихся трудоустройством артистов.

Девушка нарочно устроилась работать в подъезд, где жила актриса: почему-то ей казалось, что здесь её ждёт внезапная удача.

Она рьяно ухаживала за вверенной её заботам территорией, не выбросила ни одного растения из тех, что дарили звезде, но не нравились ей. Вычистила и привела в порядок ковёр и дорожку, которые звезда сменила на новые, потому что они перестали гармонировать с новым цветом её волос — в общем, девушка старалась и даже запирала подъезд на ночь, чтобы удача, которую она ждала, сначала постучала в дубовую дверь, а не проскользнула мимо незамеченной.

И однажды посреди ночи такой стук раздался.
Девушка накинула на себя единственную свою ценность: большую и очень дорогую шаль, доставшуюся ей в наследство от бабушки, и подошла к двери.
Она была очень хороша в этот момент и как две капли воды похожа на звезду.

На улице перед дверью стоял молодой симпатичный мужчина и делал ей знаки, чтобы она впустила его.
Девушка отперла дверь и спросила, чего ему надо.
Мужчина ответил, что его прислали за ней со студии и велели привезти в том виде, в каком застанет. Вот и автомобиль студийный — он показал на машину, стоявшую у дома.

Девушка, ни секунды не раздумывая, заперла подъезд, повесила табличку «Подъезд на ночь запирается» и села в машину.
Мужчина тут же покаялся, что обманул её, что он молодой режиссёр, у него есть сценарий, словно бы для неё написанный, но он же понимал, что звезда не захочет сниматься у безвестного режиссёра — вот и пришлось прибегнуть к хитрости.
Но девушка не обиделась на него.

Она рассчитывала вернуться назад ещё до того, как первые жильцы захотят выйти из дома, но ночная съёмка так захватила и режиссёра, и её, что подъезд оказался запертым чуть ли не до полудня.
А как раз в это время приезжал продюсер пригласить звезду на новый фильм, не смог попасть в подъезд, раздражился и уехал восвояси.

Я не стану рассказывать, на какие ещё уловки шла девушка, чтобы сниматься у молодого режиссёра — это долго, да и не хочется выдавать чужие секреты.
Просто теперь в её хорошенькой вилле, стоящей в очень милом саду, на стене висит табличка «Подъезд на ночь запирается»: она считает эту табличку своим талисманом.

8 декабря 2020 года

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

ПРОЕКТ "ЕГИПЕТСКИЕ НОЧИ"






Очередная моя миниатюра, написанная в рамках проекта "Египетские ночи",  в "Журнальном зале" (нужно покрутить страницу, я там не в первых рядах):

 magazines.gorky.media/library/egipetskie-nochi-18




ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Остров. Только что написала



Я приехала на дачу в середине дня.
Утро у меня прошло в привычных метаниях между больницей, где уже два месяца лежала моя свекровь, домом и учениками.
Муж те же два месяца не отходил от матери: она его не отпускала, начинала беспокоиться, звать его, и всё заканчивалось криком и беготнёй персонала.
Он даже спал в больнице: добрые уборщицы, тронутые его сыновьей преданностью, устроили ему топчан в каморке с инвентарём, а я носила ему чистое бельё и еду.

Денег было мало, мы держались только за счёт моих уроков, поэтому я считала чистым везением, что успела побывать у троих учеников и даже получить деньги.

На дачу я приехала за летней одеждой: становилось всё теплее, а летнее мы держали на даче, куда переезжали на всё лето, возвращаясь в город только с началом настоящих холодов. В этом году мы впервые не смогли вовремя покинуть город и ходили во всём тёплом и тяжёлом, нужно было срочно менять гардероб.

Но, начав вынимать вещи из шкафа, я почувствовала изнеможение, а потому рухнула на кровать, заваленную одеждой, и мгновенно заснула.

Проснулась я от каких-то криков на улице. Уже стемнело, обычно в такое время наш посёлок являл собой остров тишины и покоя: все сидели по домам или дворам, за высокими заборами, задёрнутыми шторами, а на лавочках перед воротами никто не сидел, потому что и самих лавочек не было: мы не деревня, мы дачный посёлок, причём, не из самых простых.

Шатаясь, ещё не отойдя от сна, вышла я на крыльцо и увидела, что соседи сбились в толпу и все смотрели в сторону города, громко панически переговариваясь и жестикулируя.
Я вышла из двора и спросила у них, что случилось.
- Город горит! - крикнули мне. - Сплошные пожары!

Я непонимающе уставилась на кричавшего, всё же я ещё не пришла в себя, соображала медленно.

- Да вы в свою башенку поднимитесь, - сказали мне, - оттуда всё и увидите.
У нашего дома была боковая башенка, высотой, приблизительно, в два с половиной этажа. Винтовая лестница вела в шестиугольную светлую комнату, которая летом служила мне кабинетом, куда ко мне приходили ученики, не тревожа остальных обитателей дома.

Я послушалась совета и вползла по лестнице, думая о том, что придётся, видимо, ставить лифт — я старею, взбираться на верхотуру будет всё труднее, но работать-то нужно, другого подходящего помещения в доме нет.

В кабинете все стены были окнами, из него можно было видеть круговую панораму окружающих наш посёлок красот, но я смотрела только на северо-восток, в сторону города.
Небо в той стороне окрасилось багрово-чёрным пульсирующим цветом, а ниже всё пространство было озарено таким же пульсирующим оранжево-жёлтым заревом — город в самом деле горел!
Тут я поняла, что тучи над нашим посёлком вовсе не тучи, а клубы серо-чёрного дыма, принесённые ветром со стороны города.

Уже совершенно обессиленная спустилась я вниз и снова вышла к соседям.

- Ну что? - спросили меня. - Сильно полыхает?
- Ужасно, - только и смогла я ответить, - просто ужасно. Всё в огне, весь город.

Народ убито смолк, но потом опять загомонил.
Одни говорили, что нужно срочно возвращаться домой, другие возражали им, пугая переспективой тоже сгореть.
Несколько женщин плакали: они приехали на дачу, чтобы сделать уборку перед переездом, семьи оставались в городе, и теперь непонятно было, что там с ними происходит, может быть, их уже и в живых нет.
Их никто не утешал, ни у кого не было слов ободрения, потому что все одинаково ничего не знали и не понимали, у всех в городе оставался кто-нибудь из близких людей, квартиры, работа — вся жизнь.

Я вернулась в дом. Нужно было всё обдумать в тишине да и есть я захотела, несмотря на все волнения.
Вспомнив, что в прошлый раз я сварила и заморозила большую кастрюлю супа, я возликовала, достала контейнер с супом из морозилки, где обнаружила ещё и пару котлет.
Пока суп и котлеты разогревались на электроплитке, я вышла в огород. Несмотря на всю свою замотанность, я постаралась вовремя посеять и посадить овощи, потому что, как я уже упоминала, денег у нас было мало, а в магазинах всё стоило очень дорого.
Мои усилия не были напрасны: в дом я вернулась с несколькими хвостами зелёного лука, редиской и небольшим кочанчиком салата.
Хлеб у меня был: по дороге на дачу я купила несколько булок, планируя купить у одной из наших соседок, державшей корову, молока, творога и сметаны и устроить себе молочный ужин.
Вот все над ней смеялись из-за этой коровы, пожимали плечами презрительно — ну, как же, деревенщина! - а я теперь подумала, что только эта семья и не будет голодать в тяжёлые времена.

За молочными продуктами я всё к ней сбегала, и у меня получился роскошный обед — с горячим супом, котлетами и прекрасным салатом. Ещё и на утро еда осталась.

Поев и приобретя наконец возможность рассуждать, я решила собрать вещи на случай бегства из посёлка. Ведь всё могло обернуться самым неожиданным образом: ветер дул в нашу сторону, кто помешает ему пригнать огонь к нам, и куда нам тогда деваться?
Поэтому отбирала я лишь самое необходимое, чтобы бежать можно было налегке: машины у нас не было, мы были хроническими пассажирами общественного транспорта, значит, и вещей нужно было брать столько, чтобы унести на себе и чтобы с ними впустили в автобус.

Набралось два чемодана среднего размера и один маленький. От бредовой идеи забрать с собой и кастрюлю с супом я отказалась, удивляясь своей внезапной глупости, но простив себя — не все способны сохранять высокий интеллект в неожиданных страшных обстоятельствах.
А обстотятельства были страшными.
До настоящего момента я не позволяла себе думать о судьбе мужа и свекрови, но ведь в горящем городе ничто не могло помешать загореться и больнице, а в успешную эвакуацию больных и медиков я не верила: кто бы стал им помогать? И куда могли бы они эвакуироваться, если огонь полыхал везде?

Я не могла понять, что произошло за те четыре-пять часов, которые прошли с момента, когда я села в междугородний автобус, чтобы ехать на дачу.
Почему город загорелся? Почему пожар принял такой глобальный характер и так быстро захватил всю территорию?
Поджоги? Но кому и зачем понадобилось поджигать город?
От всех этих мыслей у меня начала болеть голова, и я решила пройтись по посёлку — подышать свежим воздухом и посмотреть, как ведут себя люди.

Люди вели себя нестандартно: калитки и ворота были распахнуты, шторы не задёрнуты, все лампы и светильники включены, вся потаённая жизнь посёлка, все его загадки и тайны были вывернуты, представлены чужим взглядам, и это стёрло с посёлка лоск и образ богатого вальяжного поселения для богатых и вальяжных людей.
Оказалось, что высокие надёжные заборы скрывают вовсе не такие уж роскошно оформленные дворы, как могло бы показаться, а люди были обычной испуганной толпой, не знающей, что ей делать.

Правда, сквозь распахнутые ворота было видно, что кое-кто лихорадочно грузит вещи на свои автомобили, но и сама эта лихорадочность обнаруживала их обычность и простоту, которую они раньше прятали, демонстрируя своё высокое положение и напуская на себя важность.
- Интересно, - подумала я, - куда они собираются ехать? Назад в город, или у них есть другие запасные аэродромы?

Мои мысли прервала моя приятельница, с которой мы общались только здесь, в городе у нас были разные круги общения.
Она была той ещё приятельницей, знаете, из подруг, которые бывают счастливы, если у вас случаются неприятности, и которые всячески подчёркивают свои ум и удачливость и вашу несуразность и неумение жить. Она так тщательно демонстрировала своё счастье, что я начала в нём сомневаться. Достаточно было увидеть её мужа, чтобы засомневаться во всех её восторгах и по его поводу, и по поводу той жизни, какую они с ним построили. Я только представляла себе, что вот с этим она каждую ночь ложится в постель, как сразу переставала верить её россказням и обижаться на принижающие оценки меня и моего существования. Такая вот была у меня «подруга». Нужно заметить ещё, что не я искала знакомства с ней, инициатива была целиком и полностью её, почему-то ей было необходимо наше общение, и в посёлке нас считали близкими подругами, видимо, она нашла необходимым распространить этот миф, как-то он её возвышал в собственных глазах.

Она увидела меня возле магазина, где толпилось больше всего народа, и я сразу увидела, что она вся на нервах, еле сдерживается то ли от крика, то ли от слёз.

- Ну, и что ты собираешься теперь делать? - спросила она агрессивно, словно это я подожгла город и поставила всех в безвыходное положение.
- Не знаю пока, - ответила я сдержанно, - думаю.
- Думать поздно! Пора действовать и побыстрее, - тон её стал ещё агрессивнее. - Мы уже готовы уехать, - и она показала на их малолитражку, стоявшую у входа в магазин.

Машина была нагружена таким количеством вещей, что с первого взгляда становилось понятно: далеко ей не уехать.
- Муж пошёл продуктов прикупить в дорогу, - объяснила она.
- Ты думаешь, машина выдержит весь этот груз? - спросила я.
- Конечно! - она переполнилась презрением к нищебродке, у которой нет машины и которая поэтому ничего в них не понимает. - Это прекрасная машина, она слона увезёт!
Я промолчала. Зачем спорить? Уж мне-то это не было нужно.
- Так что собираешься делать ты? - она сделала ударение на слове «ты».
Я пожала плечами. Я вдруг поняла, чего она добивается: чтобы я попросила её вывезти меня из посёлка, но, во-первых, я ещё не решила, что буду делать, а во-вторых, она была последним человеком, которого я стала бы просить о помощи, даже если бы мне грозила смерть.
- Думаю пока, - ответила я и увидела, что она уже в бешенстве, что еле сдерживается и готова накинуться на любого, кто подвернулся бы под руку с оскорблениями и даже, может быть, с побоями.
Но до вспышки дело не дошло: её муж появился в дверях магазина с целой кучей сумок и пакетов, призывно мотнул ей головой, одарил меня недовольным взглядом, — явно решил, что я умоляю забрать меня отсюда — и она, процедив сквозь зубы «ну, прощай», побежала к нему.

Я посмотрела вслед ковыляющей перегруженной машине и подошла к группке людей, негромко обсуждавшей наше положение.
- А вот принесёт огонь сюда, что делать будем? - спрашивала пожилая женщина, держа за руку внучку. Девочка таращила на взрослых глаза, не умея понять, что за переполох случился, почему жизнь пошла каким-то непонятным образом.
- Не принесёт, - вмешалась я.
Все стихли и посмотрели на меня.
- Почему вы так думаете?
- Я из башенки посмотрела, - только у нашего дома была башенка, поэтому меня стали слушать с пристальным вниманием: все понимали, что я могла увидеть то, чего не могли увидеть они.
- Между нами и городом вспаханные поля, на них только-только появились всходы, пару дней назад шёл дождь, земля ещё не высохла, всё мокрое — огонь не сможет преодолеть это пространство, там нечему гореть, - объяснила я.
- А ветер? - заикнулся кто-то.
- Ветер не такой сильный, чтобы перенести огонь по воздуху. И синоптики обещали ещё дождей, - сказал кто-то из толпы.
Все опять стихли и стояли так, осмысливая новую информацию.
- Да мы-то, может быть, и не погорим, но вот что будет с нашими в городе, - опять раздались всхлипывания и вздохи.

Да. Что будет с нашими в городе? И только ли с нашим городом случился этот кошмар? Вдруг уже горит вся Земля, всё вокруг?
Вдруг только мы и живы на всём белом свете?
Вдруг наш посёлок всего лишь остров в море огня?
Но кто нам ответит на все наши вопросы?

Мы все были сами себе Робинзоны и сами себе Пятницы.
Но даже надежды, что на горизонте однажды появится парус, у нас не было.

3 декабря 2020 года
Израиль.

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. РАССКАЗЫ

Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Египетские ночи



ВХОДЯЩИЕ И ОТПРАВЛЕННЫЕ

В юности я работала в экспедиции проектного института.
«Экспедиция» - это отдел, занимающийся почтой учреждения: получает входящую почту, регистрирует её, распределяет по отделам, которым она адресована.
Ну, и, конечно, регистрирует и отправляет исходящую корреспонденцию.

Через день мы ездили в старом разваливающемся автобусе на почтамт — забирали посылки и отправляли свои. Благодаря работе в этом отделе я научилась совершенно профессионально обвязывать бумажные свёртки, фанерные ящики, стопки книг, что, в результате, очень пригодилось мне во взрослой жизни — я виртуозно обвязываю мясо перед запеканием и самодельную колбасу перед копчением.

Самым нудным в нашей работе было цитирование писем при их регистрации.
Почему-то люди с дипломами, работавшие инженерами, проектировщиками, начальниками отделов и даже главными специалистами писали ужасно безграмотно, но ведь машинистки были ещё менее образованны, поэтому тексты получаемых и отправляемых писем приводили меня, отличницу с врождённой грамотностью, в трепет.

Начальница наша, поняв, что я грамотнее всех в отделе, передала регистрацию в полное моё ведение, и я в страшных муках редактировала цитируемые тексты, зато журнал регистрации стал выглядеть более подобающим такому заведению, как солидный НИИ.

Но однажды моим мучениям пришёл конец.
Как всегда, я пришла на работу к восьми часам утра, открыла журнал регистраций, чтобы внести в него письма, полученные накануне вечером — я не успела их зарегистрировать.
Открыла и остолбенела: все письма были внесены в журнал красивейшим почерком и без единой ошибки.
Но это ведь не я сделала! Как такое вообще могло произойти, если я, получив письма, положила их в ящик своего стола, а затем мы все вышли из нашей комнаты и начальница заперла её и поставила на сигнализацию!

Ошарашенно я уставилась в журнал и сидела так, пока не услыхала голос почтальона: - Красавица, прими почту!
Я очнулась, приняла почту, и день покатился, как обычно, но не думать о произошедшем я не могла.

Я старалась не оставлять незарегистрированные письма на следующий день, но это было сложно, потому что часто письма привозили за пару минут до финального звонка, означавшего окончание рабочего дня, и тогда все должны были покинуть здание института — он был режимным предприятием, для сверхурочной работы требовалось разрешение первого отдела.

Но если письма всё же оставались не обработанными, кто-то аккуратно делал за меня мою работу.

Я извелась, стала хуже спать и есть, но случай помог мне разгадать эту загадку.
Нашей начальнице нужна была подработка, поэтому она после обеденного перерыва тайком уходила на свою вторую работу, а мы должны были её прикрывать.
Ещё одна женщина, работавшая в нашем отделе, ждала ребёнка и неважно себя чувствовала. Она тоже сбегала из отдела. Четвёртая — девчонка моложе меня, удирала болтать с подружками из других отделов.
Я оставалась одна и даже позволяла себе подремать: часа в три дня ужасная сонливость нападала на меня — ведь ночами я почти не спала, в бессильных попытках понять, что происходит в отделе, когда нас там нет.

И вот однажды, сквозь дрёму я почувствовала, что кто-то вытягивает из-под моего локтя журнал регистраций.
Я проснулась и увидела существо.
Существо было странное, я даже подумала сначала, что оно мне снится, но оказалось, что я вижу его наяву.
Всё оно состояло из знаков препинания и обрывков правил русского языка.
Оно смотрело на меня глазами-двоеточиями и улыбалось ртом-тире.
- Ну, - сказало оно, довольное, что я так на него пялюсь, - поймала ты меня!
- Вы кто?! - спросила я.
- Я Граммотей! - гордо ответило существо. - А ты моя мамочка, ты создала меня, и я изо всех сил стараюсь тебе помочь.

Тут открылась дверь, принесли очередную партию писем, Граммотей исчез, и я больше никогда его не видела.
Но помогать он мне не перестал.
В моей жизни было ещё немало других мест работы и других обязанностей, но я всегда с нежностью вспоминала моё самое первое создание — моего Граммотея!

**********

ЭКСКУРСОВОД ЗАБЫЛ НАЗВАНИЕ

Однжды мне всё надоело, и я купила экскурсию в другой город, исторический центр, где никак не удавалось мне побывать.
Экскурсовод, бодрый дядечка с громкоговорителем на груди, всю дорогу рассказывал нам об истории края, мы то и дело вертели головами, стараясь рассмотреть то какие-то руины, то холм, то пустошь.

Город, в который мы ехали, находился часах в полутора езды от нашего города, но прошло уже два часа, а мы всё ехали.
Народ в автобусе стал отвлекаться от баек экскурсовода и спрашивать его, когда же мы приедем: в пункте назначения нас ждал завтрак, да и другие нужды хотелось бы справить.

Экскурсовод сначала бодро отвечал, что скоро, вот-вот, уже совсем недолго осталось, терпение, друзья, но «вот-вот» никак не наступало, и вежливое недоумение экскурсантов сменило возмущённое нетерпение. Все стали требовать или остановиться, или уже привезти нас, наконец, на место.

Водитель автобуса выглядел всё более смущённым, время от времени он спрашивал что-то у экскурсовода, а у того на лице всё отчётливее проступала паника.
Он даже и не пытался нас успокаивать, а люди шумели всё агрессивнее.
Наконец, шофёр по своему почину остановил автобус и открыл двери.
Все шумной толпой устремились на волю, а я подошла к совершенно обмякшему экскурсоводу.
- Что случилось? - спросила я. - Я врач, вы себя плохо чувствуете?
Я взяла его за руку и стала считать пульс. Пульс частил, но это и нормально в такой ситуации. Я опять спросила экскурсовода, как он себя чувствует и не нуждается ли он в каком-нибудь препарате, который забыл принять утром.
- Доктор, - заговорил он сдавленным голосом, - я абсолютно здоров, спасибо вам. Но я категорически не помню, куда мы должны ехать! Я забыл название города!

Шофёр несколько мгновений смотрел на него, выпучив глаза, а потом громко захохотал, но резко оборвал смех.
- Ну, ты идиот! - сказал он. - Давно бы спросил меня! У меня ведь в путёвке написано, куда ехать! Экскурсовод забыл название! Расскажи кому — не поверят.
Он покрутил головой, и нажал на сигнал, призывая народ в автобус.
Люди вернулись, мы благополучно приехали по назначению.
Но никто больше в автобусе не знал, что экскурсовод забыл название — только мы трое.

1 декабря 2020 года
Израиль

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"

Смотрю

МОЯ ПРОЗА. Египетские ночи



ПРАКТИЧЕСКИ НЕДОСТУПНОЕ

- Горизонт практически недоступен. По мере движения к нему, он будет отодвигаться, потому что…

Гоша не хотел верить в недоступность горизонта.
Как это — недоступен? Он же виден!

- Ну и что, что виден! А всё равно недоступен! - Тим твёрдо стоял на своём. - Вот Нью-Йорк ты видишь? Нет. А он вполне доступен… если деньги на билет есть.

Гоша внутренне согласился с этим доводом, но ни за что не хотел признать своё согласие вслух.

- Я тебе докажу! - выкрикнул он и убежал домой: географию можно и одному выучить, для этого вовсе не нужна компания лучшего друга.

С этого дня Гоша очень изменился. Он перестал отвлекаться на футбол и кино, не участвовал в дружеских потасовках, отнекивался от лыжных походов по воскресеньям — стал настоящим анахоретом.
Но при этом он постоянно читал какие-то учебники, что-то писал в большой общей тетради и не всегда реагировал на обращения к нему учителей.

Ребята сумели подсмотреть, что читает он учебники по математике, но названия этих учебников были такие, что они совершенно не понимали их значение.

И вот однажды, когда Тим сражался с домашним сочинением, в дверь позвонили. Тим открыл и удивился — на площадке стоял Гоша. Он был возбуждён, взъерошен и встрёпан.

- Я доказал! - крикнул он, не дожидаясь вопросов друга. - Я доказал!
Он быстро протиснулся в квартиру, а когда Тим, закрыв дверь, вернулся в свою комнату, то увидел, что Гоша уже раскрыл свою большую тетрадь и лихорадочно что-то в ней чертит.

- Где горизон виден лучше всего? В пустыне, на равнине, на плоской местности. Представляем эту местность в виде плоскости. Делаем проекцию плоскости на другую плоскость — получаем линию. Линию проецируем в точку — горизонт, который находился на первоначальной плоскости, заключён в этой точке — можем взять её рукой!

И он победно посмотрел на Тима.
Тим молчал.

- А ещё можно свернуть пространство, стянуть его в узел, тогда все горизонты мира будут доступны! Ну, доказал я тебе?

Тим помолчал и ответил: - Теоретически, конечно! Но практически…

Математик Георгий С., академик, лауреат чего-то там, вспоминая, с чего начался его интерес к математике, всегда улыбался: звездолёт, в расчёте траектории которого он участвовал, свернул пространство и только что пересёк линию далёкого горизонта.

**********

МОЯ МАЛЕНЬКАЯ МОДЕЛЬ КОЛЕСА

Человек, придумавший колесо, был гением — это все знают.
Но кто вспоминает о нём?
Имя его неизвестно, подвиг его бессмертен, но человечество до сих пор не поставило ему памятник, а следовало бы.

Я далеко не гений, обычный человек, с обычной жизнью, обычными мозгами. Ну, что я могу изобрести, что придумать? Разве что, как дожить до получки, если в холодильнике лежат кабачок, полпачки творога, кусочек варёной колбасы, а в шкафу есть полпачки вермишели.

Да, приходилось мне придумывать и такие выходы из положения, и для меня они были не менее глобальными, чем изобретение колеса — для всего человечества.
Потому что жить-то хочется. Очень хочется жить!

Особенно острым стало это желание после той аварии. После неё я вполне могла бы уже никаких желаний не иметь, но мне повезло, я живу, у меня есть желание, и даже кабачок в холодильнике.

Не думайте, что я живу чьей-то милостью! Нет, я работаю!
Я вычитываю тексты, набираю тексты — на трёх языках, между прочим — пишу курсовые и контрольные, делаю переводы… Много чего делаю!
На свете нет никого, кто мог бы заработать для меня денег или купить кабачок, вот и приходится крутиться самой. Хорошо, что можно делать покупки с доставкой и не зависеть ни от кого, тем более, что зависеть и не от кого, я одна, никого нет, но я уже об этом написала.

Работать нужно не только ради денег и покупки кабачка, работать нужно ещё и для того, чтобы не вспоминать, не думать, а для этого голова должна быть загружена и даже перегружена — вот я и кручусь, зарабатываю даже больше, чем могу потратить, но тут уж ничего не поделаешь: крутишься — значит, зарабатываешь, не работать же бесплатно, это было бы уж совсем глупо!

Я не сразу сообразила, как переключать сознание с воспоминаний на текущую жизнь, но потом придумала, потому что я, вообще-то, умная. Только авария и лекарства поначалу мой ум отключили, зато когда он включился, и оказалось, что больше мне не нужно ни о ком думать, я придумала, я изобрела это своё колесо, в котором и кручусь почти сутки напролёт: мне почему-то теперь достаточно двух-трёх часов сна, странно, правда?

Я изобрела свою собственную маленькую модель колеса и выживаю в ней — нет, живу! Я живу, я кручусь, я двигаюсь, а ведь движение и есть жизнь.
И какая разница, где двигаться? В машине, на которую падает огромный фрагмент космического корабля, в самом этом корабле или в маленькой модели колеса, которое крутится, но остаётся при этом на месте!

24 ноября 2020 года

ОГЛАВЛЕНИЕ. МОЯ ПРОЗА. Проект "Египетские ночи"